Dignitas infinita. Новая декларация Дикастерии вероучения посвящена достоинству человека

В понедельник, 8 апреля, Дикастерия вероучения обнародовала важный документ, который повторяет официальное учительство Церкви в отношении абортов и эвтаназии, а также обращается к новым вызовам, таким как суррогатное материнство, смена пола и отношение к мигрантам. Подробный обзор декларации с рядом комментариев, чтобы приблизить её к российскому читателю, подготовила Анастасия Бозио.

Проект декларации готовился уже с 2019 года при активном участии Папы Франциска. Кардинал Виктор Мануэль Фернандес, возглавивший Дикастерию вероучения в сентябре 2023 года, в первые же месяцы после назначения получил поручение от Папы пересмотреть черновик этого документа и интегрировать в него такие значимые для понтификата Франциска темы, как война, торговля людьми, сексуальное насилие, распространение бедности, тяжелое положение мигрантов и другие.

Декларация, с одной стороны, повторяет ранее неоднократно изложенную Церковью позицию в отношении абортов и эвтаназии, а с другой – впервые для документа такого уровня обращается к темам суррогатного материнства, гендерной идеологии и проблеме смены пола, смертной казни, пыток и нечеловеческих условий содержания в тюрьмах, криминализации гомосексуализма в некоторых странах и не только. Все эти явления документ рассматривает в свете неизменности, неотъемлемости и неприкосновенности достоинства, данного человеку Самим Богом.

Первые три главы документа посвящены подобному осмыслению человеческого достоинства, которое не зависит от культурной среды, которой принадлежит человек: «Церковь провозглашает равное достоинство всех людей независимо от их условий жизни или от их качеств» (п. 17). Четвертая глава перечисляет все те преступления против человеческого достоинства, о которых уже говорилось выше и к которым мы ещё вернемся в этой статье.

Четыре измерения достоинства человека

“Dignitas infinita” (“Бесконечное достоинство”) описывает четыре измерения человеческого достоинства: онтологическое, моральное, социальное и экзистенциальное (о последнем, кстати, никогда ранее не говорилось в документах такого уровня). Наиболее важным для понимания этого документа Дикастерии является онтологическое достоинство, то есть то, что принадлежит человеку просто потому, что он или она существует, создан и любим Богом: “Онтологическое достоинство неизгладимо и остается действительным вне зависимости от обстоятельств, в которых может оказаться человек” (п. 7).

Говоря о моральном достоинстве, авторы документа подразумевают то, как люди реализуют свою свободу: “Хотя люди наделены совестью, они всегда могут поступить против нее. Однако если бы они это сделали, то повели бы себя «недостойно» по отношению к своей природе как существ, любимых Богом и призванных любить других. Тем не менее, такая возможность всегда существует для человеческой свободы, и история показывает, как люди, применяя свою свободу вопреки закону любви, явленному в Евангелии, могут совершать неоценимо глубокие злодеяния против других”. В свете сказанного документ подчеркивает, что моральное достоинство человека может быть де-факто «потеряно», тогда как онтологическое достоинство неотчуждаемо. И этот пункт как нельзя лучше раскрывает позицию Католической Церкви в отношении неприемлемости смертной казни и горячее устремление к покаянию и спасению каждого человека.

Под социальным достоинством документ подразумевает качество условий жизни человека: “Например, в случаях крайней бедности, когда у людей нет даже того, что минимально необходимо для жизни в соответствии с их онтологическим достоинством, говорят, что эти бедные люди живут «недостойно». Это выражение не подразумевает осуждения этих людей, но подчеркивает, как ситуация, в которой они вынуждены жить, противоречит их неотъемлемому достоинству” (п. 8). В свете этого мы лучше понимаем, почему Папа Франциск так упорно привлекает наше внимание к стремительному распространению бедности и осуждает дух потребления, которым, по его словам, отравлен современный мир.

Экзистенциальное достоинство связано с восприятием человеком собственного достоинства. В документе говорится, что этот тип достоинства выходит на первый план “во все более растущей дискуссии о «достойной» и «недостойной» жизни”: “Например, хотя некоторым людям может показаться, что они не испытывают нужды ни в чем необходимом для жизни, по разным причинам они все еще могут бороться за то, чтобы жить в мире, радости и надежде. Такие обстоятельства, как наличие серьезных заболеваний, жестокой семейной среды, патологических зависимостей и другие трудности могут заставить людей воспринимать свои жизненные условия как «недостойные» в сравнении с их восприятием своего онтологического достоинства <…>” (п. 8). Лично мне в этом контексте первым делом на ум приходит идеальная, отфотошопленная реальность соцсетей, в которой чужой газон всегда зеленее, а дети – чище и послушнее. Необходимость постоянного сравнивания своей жизни с этой прилизанной и, на самом деле, искаженной реальностью, неизменно подрывает экзистенциальное достоинство современного человека, пребывающего во власти господствующего менталитета и отражающей его информационной среды.

Свобода нуждается в освобождении

Прежде чем перейти к перечню современных угроз человеческому достоинству, который мы находим в четвертой главе документа, хотелось бы остановиться на предшествующей ей третьей главе, которую обошло вниманием большинство комментаторов, по крайней мере, на русском и английском языках, но которая имеет большое значение для более глубокого понимания декларации “Dignitas infinita”. Она называется “Достоинство – основа прав и обязанностей человека” и касается разрыва в понимании свободы современным миром и тем, как смотрит на неё Церковь.

Первое умаление, на которое указывает нам эта глава, это утверждение, что “достоинство и права вытекают из способности человека к знаниям и свободе, которыми обладают не все люди” (п. 24). Сторонники такой позиции предпочитают формулировку “достоинство личности” термину “человеческое достоинство”. В документе о них говорится: “По их мнению, достоинства личности нет ни у нерожденного ребенка, ни у пожилого человека, зависящего от других, ни у человека с ментальной инвалидностью”. Церковь же настаивает на том, что каждый человек обладает достоинством, которое присуще ему онтологически и сохраняется при любых обстоятельствах. “Без какого-либо онтологического обоснования признание человеческого достоинства колебалось бы во власти различных и произвольных суждений”, – читаем далее. – “Единственным условием, позволяющим говорить о достоинстве, присущем человеку, является его принадлежность к человеческому роду, при этом «права личности являются правами человека»” (п. 24).

Это важное замечание, ведь светский мир постоянно устанавливает меру нашей ценности и достоинству, связывая их с нашими способностями, достижениями, финансовым успехом и даже с внешним видом. Влияние господствующего менталитета настолько велико, что даже мы, верующие, часто поддаемся этой мере, применяя её к окружающим и к себе самим. Следствие этого – отсутствие малейшей нежности к себе, неспособность принять прощение в Таинстве Исповеди, попытка укрыться в храме от реальной жизни со всеми её вызовами и многие другие “симптомы”, которые всем нам приходилось встречать в среде верующих.

Второе умаление, описываемое в документе, это отождествление достоинства “с изолированной и индивидуалистической свободой, которая утверждает определенные субъективные желания и склонности в качестве «прав», которые должны гарантироваться и финансироваться обществом” (п. 25). Авторы декларации указывают на безнравственное использование концепции человеческого достоинства для распространения новых прав, гарантирующих возможность “выражать и реализовывать каждое индивидуальное предпочтение или субъективное желание”, даже если они противоречат базовым правам человека, включая фундаментальное право на жизнь. В то время как “защита человеческого достоинства основана на неотъемлемых составляющих человеческой природы, которые не зависят от индивидуального произвола или общественного признания. Таким образом, обязанности, вытекающие из признания достоинства другого человека, и соответствующие права, вытекающие из этого, имеют конкретное и объективное содержание, основанное на нашей общей человеческой природе”.

Это замечание крайне важно не только в рамках общественной дискуссии о праве на аборт или допустимости эвтаназии, но также в контексте гендерной идеологии (гендерная самоидентификация, смена пола и т.д.), об угрозах которой в последнее время часто говорит Папа Франциск. В рамках всех этих дискурсов мы наблюдаем, как понятие человеческого достоинства становится инструментом для распространения властных интересов, полностью оторванное от своего онтологического значения.

Итогом такого индивидуалистического понимания свободы становится невозможность взаимного признания обязанностей и прав, позволяющих людям, членам общества, заботиться друг о друге. Стремление определять свою идентичность и будущее независимо от других, без учета своей принадлежности к человеческому сообществу, ведут к всё большей отчужденности в обществе, где “защита прав” одних порождает поле для злоупотреблений в отношении других (прекрасный пример, о котором нам недавно напомнила Джоан Роулинг, – случаи, когда мужчины, осужденные за сексуальное насилие в отношении женщин, меняли пол, чтобы отбывать наказание в женских колониях).

“В то время как «Бог создал человека разумным, дав ему достоинство личности, наделенной инициативой и властью над своими действиями», с устремлением к благу, наша свободная воля часто предпочитает зло добру. Таким образом, свобода человека, в свою очередь, нуждается в освобождении”, – говорится в 29 пункте документа со ссылкой на Катехизис Католической Церкви. Поэтому авторы декларации напоминают о том, что “свобода – чудесный дар Божий”, и что “было бы серьезной ошибкой думать, что, дистанцировавшись от Бога и Его помощи, мы сможем каким-то образом стать свободнее и, таким образом, почувствовать себя более достойными”. “Вместо этого, оторванная от Творца, наша свобода может только ослабевать и замутняться. То же самое происходит, если свобода воображает себя независимой от какого-либо внешнего эталона и воспринимает любую связь с предшествующей истиной как угрозу; в результате уважение к свободе и достоинству других уменьшается” (п. 30).

Бедность, война и другие преступления против человеческого достоинства

Четвертая глава декларации под названием “Некоторые грубые нарушения человеческого достоинства” крайне важна, так как выражает учение Католической Церкви в отношении конкретных вопросов, но она же и самая обширная, поэтому дать её подробный обзор крайне сложно. Тем не менее, попытаемся остановиться на некоторых замечаниях, особенно в отношении вопросов, ранее не получивших глубокой проработки в церковных документах такого уровня.

Авторы декларации начинают этот список с драм бедности и войны – неотъемлемых и страшных составляющих реальности современного мира. Первую драму – бедность – документ прямо и категорично связывает с неравным распределением богатства, при котором “достоинство бедных вдвойне отрицается из-за нехватки ресурсов для удовлетворения их основных потребностей и безразличия, проявленного к ним их соседями” (п. 36), наслаждающимися расточительным потреблением. “Мы все несем ответственность за это резкое неравенство, хотя и в разной степени” (п. 37), – говорится в документе. Вторая драма – война – “наносит ущерб человеческому достоинству как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе” (п. 38). Вместе с Папой Францисков авторы документа призывают нас “отойти от логики легитимности войны” и остановить убийство.

Помимо страданий мигрантов, чье человеческое достоинство полностью отрицается, и жертв торговли людьми, в этой главе декларации упоминаются «торговля органами и тканями человека, сексуальная эксплуатация детей, рабский труд, включая проституцию, торговля наркотиками и оружием, терроризм и международная организованная преступность». Документ решительным образом осуждает сексуальное насилие как в обществе, так и в Церкви. Большое внимание уделяется насилию против женщин, которое во многих обществах укоренено в убеждении, что женщина не имеет того же достоинства, что и мужчина. Речь идет не только о вопиющих формах насилия, но и о различных формах неравенства: “Назрела острая необходимость достижения реального равенства во всех областях: равная оплата за равный труд, защита работающих матерей, справедливость в карьерном росте, равенство супругов в отношении семейных прав и признание всего, что составляет права и обязанности граждан в демократическом государстве” (п. 45).

Я не буду подробно останавливаться на темах абортов и эвтаназии, уже получивших широкое осмысление во многих церковных документах, однако, приведу значимые, на мой взгляд, высказывания в отношении суррогатного материнства. Документ подчеркивает, что эта практика в равной мере ущемляет достоинство ребенка и матери. Что касается ребенка, он “имеет право на вполне человеческое (а не искусственное) происхождение и на получение дара жизни, являющего как достоинство дающего, так и принимающего”, – говорится в пункте 49. – “Учитывая это, законное желание иметь ребенка не может быть преобразовано в «право на ребенка», которое не уважает достоинство этого ребенка как получателя дара жизни”. Достоинство женщины ущемляется, когда она “отделяется от ребенка, растущего в ней, и становится всего лишь средством, подчиненным произвольной выгоде или желанию других”. Оба эти замечания крайне важны в рамках всё той же дискуссии о “правах”, опирающихся не на естественный закон, а на индивидуалистическое понимание свободы человека.

Много внимания в этой главе уделяется “гендерной теории”, “крайне опасной в своем притязании сделать всех равными и аннулируя различия” (п. 56). Авторы документа подчеркивают красоту и величие полового различия, которое достигает чудесной взаимности в союзе мужчины и женщины и “становится источником того чуда, которое никогда не перестает нас удивлять: появления в мире новых людей” (п. 58). Следующий пункт заслуживает того, чтобы процитировать его целиком: “В этом смысле уважение как к своему телу, так и к телу других имеет решающее значение в свете распространения требований о новых правах, выдвигаемых гендерной теорией. Эта идеология «предусматривает общество без половых различий, тем самым устраняя антропологическую основу семьи». Таким образом, становится неприемлемым, что «некоторые идеологии такого рода, стремящиеся ответить на порой понятные стремления, умудряются утверждать себя как абсолютные и неоспоримые, даже диктующие, как следует воспитывать детей. Необходимо подчеркнуть, что «биологический пол и социокультурную роль пола (гендера) можно различать, но не разделять». Следовательно, все попытки скрыть неустранимое половое различие между мужчиной и женщиной следует отвергнуть: «Мы не можем отделить мужское и женское от творения Бога, которое предшествует всем нашим решениям и переживаниям и в котором существуют биологические элементы, которые невозможно игнорировать». Только признав и приняв эту разницу, каждый человек может полностью раскрыть себя, свое достоинство и свою идентичность” (п. 59).

В свете разговора о гендерной теории авторы декларации подтверждают твердую убежденность Церкви в том, что “каждого человека, независимо от сексуальной ориентации, следует уважать в его или ее достоинстве и обращаться с ним с уважением, в то время как «всяких признаков несправедливой дискриминации» следует тщательно избегать, особенно любую форму агрессии и насилия”. Поэтому Церковь осуждает как противоречащее человеческому достоинству “тот факт, что в некоторых местах немало людей подвергаются тюремному заключению, пыткам и даже лишению блага жизни исключительно из-за своей сексуальной ориентации”.

На пресс-конференции в понедельник, посвященной публикации “Dignitas infinita”, кардинал Фернандес сказал, что ему «больно» оттого, что есть католики, которые защищают эти «несправедливые» законы. Он сказал, что недавно прочитал текст, написанный некоторыми членами Церкви, которые аплодировали принятию законов против гомосексуалистов в их стране. «Я думал, что умру, когда прочитал, что католики, которые придерживаются такой концепции человеческого достоинства, могут так думать. Очевидно, мы выступаем за декриминализацию гомосексуализма», – добавил он.

Позиции Католической Церкви в отношении смены пола посвящен 60 пункт документа. В нём авторы цитирую Папу Франциска, который говорит, что «творение предшествует нам и должно быть принято как дар. В то же время мы призваны защищать наше человечество, а это значит, в первую очередь, принимать его и уважать таким, каким оно было создано». “Отсюда следует, что любое вмешательство по смене пола, как правило, рискует поставить под угрозу то уникальное достоинство, которое человек получил с момента зачатия”, – говорится в декларации. При этом признается, что это не относится к людям с аномалиями половых органов, очевидными при рождении или развившимися позже. Медицинская помощь по устранению этих аномалий не противоречит учению Церкви.

Наконец, ещё ряд преступлений против человеческого достоинства перечислен под общим названием “Цифровое насилие”. К их числу авторы документа относят фейковые новости и клевету, кибербуллинг, распространение порнографии и эксплуатации людей в сексуальных целях или посредством азартных игр. Кроме того, “цифровые медиа могут подвергать людей риску зависимости, изоляции и постепенной потери контакта с конкретной реальностью, блокируя развитие подлинных межличностных отношений” (п. 61), с одной стороны, а с другой – обнажают и обсуждают человеческие жизни, разрушая уважением к ним. При этом всём документ не демонизирует цифровые коммуникации, а лишь просит нас “следить за тем, чтобы современные формы общения действительно направляли нас к щедрому общению с другими, к честному стремлению к истине, к служению, к близости к обездоленным и содействию общему благу” (п. 62). И это не пустые слова, если каждый из нас, заходя в соцсети и открывая очередную ветку комментариев, будет спрашивать себя, чему способствует то, что он собирается написать прямо сейчас.

В заключении декларации авторы подчеркивают её практический характер, призывая поместить уважение достоинства человеческой личности вне зависимости от обстоятельств в центр каждой правовой системы: “Уважение достоинства каждого человека является необходимой основой существования любого общества, которое претендует на то, чтобы быть основанным на справедливом законе, а не на насилии власти. Признание человеческого достоинства формирует основу для защиты основных прав человека, которые предшествуют и лежат в основе любого гражданского сосуществования” (п. 64).

Декларацию “Dignitas infinita” можно справедливо назвать жестом ободрения и утешения “перед лицом столь многих нарушений человеческого достоинства, которые серьезно угрожают будущему человеческой семьи” (п. 64). Эти нарушения не являются “бичом” каких-то избранных стран или политических систем, но в разных проявлениях и в разной мере являют себя повсеместно в современном мире. Поэтому завершается документ призывом Папы Франциска, обращенным к каждому: «Я призываю всех во всем мире не забывать о нашем достоинстве. Никто не имеет права его у нас отобрать».

Читать текст декларации “Dignitas infinita” на основных языках:
Английский | Французский | Немецкий | Итальянский | Польский | Португальский | Испанский

Анастасия Бозио

Фото: ALESSIA GIULIANI / Catholic Press Photo / MaxPPP

Author

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии